Станислав Воронин и фоносемантика: фонотипы и звуковая символика

Если ранние исследователи звукосимволизма ставили вопрос о том, может ли звуковая форма быть связана со смыслом, а Эдвард Сепир и Вольфганг Кёлер начали исследовать такие связи экспериментально, то Станислав Васильевич Воронин сделал следующий шаг.

Он попытался превратить изучение звукоизобразительности в самостоятельное системное направление лингвистики — фоносемантику.

В 1982 году вышла его монография «Основы фоносемантики», основанная на докторской диссертации. В этой работе Воронин сформулировал цели и задачи фоносемантики, разработал теоретическую основу дисциплины и предложил подробную типологию звукоизобразительных явлений. Исследователи рассматривают эту работу как основу Санкт-Петербургской школы фоносемантики.

Особое место в системе Воронина занимает понятие фонотипа — акустического или артикуляторного типа звука, рассматриваемого в его связи с отображаемым признаком или объектом.

Кто такой Станислав Воронин

Станислав Васильевич Воронин (1935–2001) — советский и российский лингвист, доктор филологических наук, профессор, специалист по английской филологии и фоносемантике.

Он много лет работал на филологическом факультете Ленинградского государственного университета, позднее Санкт-Петербургского государственного университета.

Воронин занимался не только отдельными звукосимволическими словами, но и пытался описать систему звукоизобразительности языка в целом.

Его научное наследие включает исследования звукоподражания, звукосимволизма, синестезии, типологии иконических слов, этимологии и фоносемантического анализа.

Почему Воронин важен для истории фоносемантики

До формирования фоносемантики как самостоятельного направления исследования звука и значения существовали в разных областях.

Одни учёные изучали звукоподражание.

Другие — звукосимволизм.

Третьи исследовали психологические ассоциации между звуками и различными признаками.

Воронин предложил рассматривать эти явления как части единой звукоизобразительной системы языка.

Именно это системное стремление отличает его подход.

В его модели фоносемантика должна изучать не отдельные интересные примеры, а закономерности, которые можно выявлять в больших массивах языкового материала и сравнивать между языками.

Что такое фоносемантика в понимании Воронина

Воронин определял фоносемантику как область, изучающую звукоизобразительную систему языка.

При этом звукоизобразительность понималась как фонетически мотивированная связь между звуковой формой слова и признаками того, что этим словом обозначается.

Это важное отличие от простого утверждения:

«Каждый звук имеет своё значение».

В системе Воронина речь идёт не о фиксированном словаре значений отдельных букв или фонем.

Исследуется мотивированная связь между звуковой формой и определённым признаком денотата.

Например, звукосимволическая форма может быть связана не с конкретным предметом целиком, а с каким-либо его свойством:

• размером;
• формой;
• движением;
• интенсивностью;
• характером действия;
• эмоциональной характеристикой.

Звукоизобразительность и два её основных направления

Одно из центральных положений системы Воронина — разделение звукоизобразительности на две большие области:

звукоподражание и звукосимволизм.

Звукоподражание

В этом случае звуковая форма связана прежде всего с акустическим объектом.

Например:

мяу — звук кошки;

ку-ку — голос кукушки;

тик-так — характерный звук часов.

Конечно, реальные языковые звукоподражания не являются точными акустическими копиями природных звуков. Они проходят через систему конкретного языка.

Но между исходным звучанием и языковой формой существует мотивированная связь.

Звукосимволизм

Здесь объект не обязательно является источником звука.

Звуковая форма может быть связана с визуальным, тактильным, двигательным, эмоциональным или другим признаком.

Например, именно к этой области можно отнести явления типа:

Maluma / Takete

или

Bouba / Kiki.

Здесь слово не имитирует звук объекта. Оно ассоциируется с его формой.

В терминологии Воронина подобные случаи входят в более широкую систему звукосимволической мотивации.

Главная идея Воронина: фонотип

Одним из наиболее важных понятий его теории является фонотип.

Именно здесь подход Воронина становится особенно интересным.

Если просто сравнивать отдельные фонемы, можно столкнуться с проблемой.

Одна и та же фонема может встречаться в огромном количестве слов и совершенно разных значений.

Поэтому Воронин предлагает смотреть не только на конкретную фонему, а на её акустический или артикуляторный тип.

Фонотип можно представить как некоторую совокупность фонетических характеристик, которая может выполнять определённую изобразительную функцию.

Например, в звукоподражании разные типы согласных могут использоваться для передачи разных характеристик звучания:

взрывные согласные → импульсные, ударные звуки

щелевые → шумовые характеристики

сонорные → тоновые или звучные характеристики

Это уже не просто вопрос «какая буква что означает».

Это анализ фонетических свойств звуковой формы.

Почему фонотип важнее отдельной буквы

Представим, что мы хотим исследовать звукосимволизм.

Простой подход мог бы выглядеть так:

«Буква К связана с резкостью».

Но такой вывод слишком грубый.

Звук речи имеет множество параметров:

• место образования;
• способ образования;
• звонкость;
• наличие шума;
• длительность;
• спектральные характеристики;
• положение языка;
• работа губ;
• акустическая структура.

Поэтому одна буква сама по себе ещё не объясняет характер звукосимволической ассоциации.

Подход через фонотипы позволяет исследовать более общие фонетические характеристики.

Именно поэтому понятие фонотипа стало одним из центральных элементов типологического подхода Воронина.

Фоносемантика как системная дисциплина

Воронин стремился построить фоносемантику не как набор отдельных наблюдений, а как самостоятельную дисциплину со своим объектом, предметом, задачами и методами.

В «Основах фоносемантики» этому посвящён отдельный раздел, где рассматриваются:

• цель и задачи фоносемантики;
• её проблематика;
• основные принципы;
• звукоизобразительная система языка;
• звукоподражательная подсистема;
• звукосимволическая подсистема;
• типология звукоизобразительных слов;
• синхронический и диахронический подходы.

Такой подход был принципиально важен для дальнейшего развития отечественной школы.

Универсальная классификация звукоизобразительной лексики

Одним из крупных проектов Воронина стала универсальная классификация звукоизобразительной лексики.

Она создавалась первоначально на материале английского языка, а затем применялась к материалу других языков.

Воронин стремился классифицировать звукоизобразительные слова не просто по их внешнему виду, а по характеру отображаемого звучания и способу его фонетической передачи.

В его классификации выделяются различные типы ономатопов, в том числе:

• инстанты;
• континуанты;
• фреквентативы;
• смешанные типы.

В основе классификации лежат характеристики отображаемого звучания и соответствующие им фонетические характеристики слова.

Для исследователя это позволяет перейти от отдельных примеров к типологическому сравнению.

Почему Воронин сравнивал разные языки

Одна из главных задач его подхода — определить, какие закономерности являются специфическими для конкретного языка, а какие могут иметь более общий характер.

Если похожая звукоизобразительная модель обнаруживается в нескольких неродственных языках, возникает более интересный вопрос:

связано ли это сходство с общими свойствами человеческого восприятия?

Именно поэтому Воронин развивал типологическую фоносемантику.

Его исследовательская программа была направлена на поиск изоморфных, то есть сходных, отношений между звуковой формой и значением в языках, которые могут не иметь генетического родства.

Фоносемантический анализ

Ещё один важный вклад Воронина — разработка специального метода фоносемантического анализа.

Его задача — установить, является ли слово звукоизобразительным, и если да, то определить характер этой звукоизобразительности.

Такой анализ предполагает последовательное рассмотрение нескольких взаимосвязанных характеристик слова и его предполагаемого денотата.

Это важно и с точки зрения этимологии.

Если слово кажется похожим на какой-либо звук или образ, этого недостаточно, чтобы объявить его звукосимволическим.

Необходимо исследовать:

1. фонетическую структуру;
2. предполагаемый источник мотивации;
3. семантические признаки;
4. возможные исторические изменения;
5. соответствия в других языках;
6. устойчивость предполагаемой связи.

Таким образом, фоносемантический анализ претендует на более строгую процедуру, чем простое субъективное «это слово звучит похоже».

Синестезия и звукосимволизм

Большое место в работах Воронина занимает синестезия.

В контексте фоносемантики это особенно интересно, поскольку звук может быть связан с признаками, которые сами по себе не являются звуковыми.

Например:

звук → форма

звук → размер

звук → движение

звук → эмоциональное состояние

Именно такая идея помогает связать эксперименты Кёлера с более общей теорией звукосимволизма.

Если Takete ассоциируется с угловатой формой, то звук не копирует какой-либо реальный акустический объект.

Возникает межмодальное соответствие между слуховым и зрительным образом.

Воронин рассматривал подобные механизмы в рамках более общей природы звукоизобразительности. В его работах синестезия выступает одним из важных механизмов звукосимволической мотивации.

Звуковая форма как мотивированный знак

Одна из наиболее интересных сторон теории Воронина — его отношение к вопросу о произвольности языкового знака.

Классическая лингвистика уделяет большое внимание произвольности знака.

Нет естественной причины, почему конкретный набор звуков должен обозначать конкретный предмет.

Однако существуют области языка, где обнаруживается определённая мотивированность.

Это особенно хорошо видно в звукоподражании и звукосимволизме.

Поэтому Воронин рассматривал языковой знак как обладающий одновременно произвольной и непроизвольной, мотивированной сторонами.

Это не означает, что весь язык построен по принципу звукосимволизма.

Речь идёт о том, что произвольность не исчерпывает всех отношений между формой и содержанием языкового знака.

Отдельный звук не имеет фиксированного значения

Это важный момент, который особенно полезно подчеркнуть в популярной статье о фоносемантике.

Из теории Воронина не следует утверждение:

«Звук М всегда означает мягкость».

Или:

«Звук К всегда означает резкость».

Подобные формулировки чрезмерно упрощают проблему.

Фоносемантический подход рассматривает сочетания фонетических характеристик, их функции, контекст и тип отображаемого признака.

Поэтому один и тот же звук может участвовать в совершенно разных словах и выполнять разные функции.

Исследуется не «перевод буквы», а закономерность связи звуковой формы с определёнными признаками значения.

Воронин и фоносемантика разных языков

Особое значение имел широкий языковой материал исследований Воронина.

Его работы были ориентированы не только на русский или английский язык. В исследованиях звукоизобразительности использовались данные большого числа языков, что позволяло ставить вопрос о типологических закономерностях.

В научной литературе отмечается, что в «Основах фоносемантики» анализировался обширный материал звукоподражательных образований из разных языков мира.

Это принципиально важно.

Если наблюдение существует только в одном языке, оно может быть связано с особенностями конкретной языковой системы.

Если похожая модель обнаруживается в языках разных семей, возникает возможность исследовать более общую закономерность.

От Воронина к современной фоносемантике

Работы Воронина оказались важным переходом от классических исследований звукосимволизма к системному описанию.

Историческую цепочку можно представить примерно так:

Платон
философский вопрос о естественной связи имени и вещи.

↓

Отто Есперсен
теоретический интерес к звукосимволизму.

↓

Эдвард Сепир
экспериментальное изучение связи звуковой формы с восприятием размера.

↓

Вольфганг Кёлер
связь искусственных слов с визуальными формами.

↓

Роман Якобсон
теоретическое осмысление иконичности и звукосимволизма.

↓

Станислав Воронин
систематизация звукоизобразительности и формирование самостоятельной фоносемантической теории.

↓

Современная фоносемантика
эксперименты, статистика, психолингвистика и компьютерный анализ.

Такая последовательность показывает, как первоначальный философский вопрос постепенно превращался в самостоятельное исследовательское направление.

Что осталось после Воронина

Главное наследие Воронина — попытка описать звукоизобразительность как систему, а не как коллекцию интересных исключений.

Его подход дал исследователям:

• понятие фонотипа;
• типологический подход;
• классификацию звукоизобразительной лексики;
• метод фоносемантического анализа;
• разделение звукоподражания и звукосимволизма;
• исследование синестетических механизмов;
• основу для сравнения звукоизобразительных явлений разных языков.

Именно поэтому «Основы фоносемантики» занимают заметное место в истории отечественных исследований звука и значения. Энциклопедическое описание и обзор книги также характеризуют её как работу, заложившую основы Санкт-Петербургской школы фоносемантики и предложившую подробную типологию отношений между звуком и значением.

Воронин и современный компьютерный анализ

Идеи Воронина интересны и сегодня, когда фоносемантику можно исследовать с помощью компьютера.

Современная система может анализировать большие массивы слов и учитывать:

• фонетический состав;
• типы согласных;
• характеристики гласных;
• артикуляционные признаки;
• акустические параметры;
• частотность;
• семантические категории;
• статистические корреляции.

Это позволяет перейти от анализа нескольких примеров к исследованию тысяч и десятков тысяч слов.

Но здесь сохраняется важный принцип, который особенно актуален для современного фоносемантического анализа:

статистическая связь не означает, что звук имеет фиксированное словарное значение.

Компьютер может обнаружить закономерность, но её интерпретация требует учитывать язык, контекст, семантику и методику исследования.

Станислав Воронин сыграл особую роль в развитии отечественной фоносемантики.

Если ранние исследователи задавались вопросом о существовании связи между звуком и значением, а эксперименты Сепира и Кёлера показали, что отдельные звукосимволические соответствия можно изучать экспериментально, Воронин предложил рассматривать звукоизобразительность как целостную языковую систему.

Центральным понятием его теории стал фонотип — акустический или артикуляторный тип, позволяющий исследовать звукоизобразительные соответствия не на уровне отдельных букв, а через фонетические характеристики.

Его «Основы фоносемантики», опубликованные в 1982 году, стали фундаментальной работой для Санкт-Петербургской школы фоносемантики и задали программу системного изучения связи звуковой формы и значения.

Сегодня идеи Воронина можно рассматривать как один из этапов перехода от традиционной лингвистики к экспериментальной и вычислительной фоносемантике — области, где связь звука и значения исследуется уже с помощью психолингвистических экспериментов, статистики и анализа больших массивов слов.